Этапы развития зоогеографии

Нашли ошибку в тексте?Выделите ошибочный текст мышкой и нажмите Ctrl + Enter
Спасибо за помощь!

этап развития зоогеографии Весьма много дельных мыслей о причинах современного распространения животных мы находим у Бюффона (1707—1788), знаменитого натуралиста и популяризатора, взгляды которого оказали значительное влияние на его современников, в том числе и на Циммермана. В общем Бюффон стоял на точке зрения теории катастроф, и в своем этюде «Epoques de la nature» сделал блестящую, но, конечно, безнадежную попытку примирить библейское сказание о сотворении Земли в семь дней с данными геологии и палеонтологии.

По мнению Бюффона, число геологических «эпох», отделенных друг от друга страшными катастрофами, тоже равнялось семи, причем растения и водные животные появились только в третью эпоху, когда вся земля, за исключением отдельных высоких пиков, была покрыта водами только что образовавшегося океана. В четвертую эпоху появились и сухопутные животные, притом сначала на полюсах; в пятую — Америка находилась в связи с Европой; в шестую, вследствие общего похолодания, животные стали расселяться к экватору, где раньше жизнь была невозможна; в седьмую появился человек. Существенное отличие Бюффона от других защитников теории катастроф состоит в том, что он не признает полного уничтожения организмов последовательных геологических эпох — часть из них переживает катастрофу, и фауна последующего периода только пополняется творением новых видов, более приспособленных к ее климатическим и геологическим условиям.

дарвин Второй этап развития зоогеографии длился до самого появления на свет знаменитой книги Дарвина, совершившей переворот в основных биологических представлениях. За этот долгий промежуток времени зоогеография сделала значительные успехи: накопилось большое количество фактов, и не было недостатка в работах обобщающего и систематизирующего характера. Так, в работах Иллигера (1811), Миндинга (1829) и Вагнера (1844) о географическом распределении млекопитающих делаются попытки установления естественных зоогеографических областей.

Миндинг совершенно правильно оттенил, что границы между такими областями вовсе не должны обязательно совпадать с границами материков; так, граница между фаунами Европы и Африки проходит не по Средиземному морю, а по Сахаре. Кроме того, Миндинг устанавливает понятия животных местных, или автохтонных, и переселенцев. Вопреки Циммерману он признает, что не только животные, как бы заменяющие друг друга в различных областях, как, например, бизон в Америке и зубр в Европе, но и отдельные, широко распространенные виды могли иметь не один, а больше центров происхождения. Так как идея эволюции фаун была в общем чужда натуралистам первой половины XIX в., все различия в распределении отдельных видов, фаун и флор объяснялись исключительно влиянием климатических и географических факторов.

В этом направлении особенно много сделал знаменитый географ Александр Гумбольдт (1769—1859), которого многие считают основателем ботанической географии: Гумбольдт впервые выяснил зависимость распространения животных и растений от изотерм, изотер, изохимен и прочих изо-линий, широко ныне применяемых климатологами для характеристики климатических областей. Однако и Гумбольдт неоднократно подчеркивал невозможность объяснить распространение организмов одними современными факторами и прибегал к помощи былого распределения материков, океанов и климатов.

Людвиг Карл Шмарда Заключительным сочинением описываемого периода, в котором было собрано и систематизировано уже немалое количество фактов, явился капитальный труд Людвига Шмарды (1853).

Главное внимание Шмарда обращает на установление зоогеографических районов, или «царств», которых различает на суше и в море. Хотя многие «царства» выделены им естественно и совпадают с подобластями и провинциями современных зоогеографов, но характеристика их при помощи преобладающих или особенно характерных групп животных часто страдает произвольностью: так, Индийский океан он характеризует как царство гидроидов и букциниумов (вид моллюсков), Центральную Америку — как «царство наземных крабов». Несмотря на то, что книга Шмарды вышла незадолго до опубликования «Происхождения видов», теоретические взгляды его страдают крайней отсталостью.

Так, он является защитником теории катастроф, от которой в то время уже отказалось большинство учёных, и в известном смысле сделал шаг назад по сравнению с Циммерманом, признавая в случае особенно обширных ареалов несколько центров творения. Подобно большинству своих современников Шмарда объяснял распространение животных исключительно влиянием физических причин. Даже после появления книги Дарвина Шмарда до конца своих дней оставался идейным противником дарвинизма.